Для детей постарше игрушка становится другом и позволяет «заново проиграть, проанализировать дружеские отношения, которые складываются в детском саду или во дворе». Иногда кукла выступает как младший товарищ или младенец: «Так ребенок переходит от пассивной роли „я подчиняюсь, я слушаю, я учусь“ — к активной, то есть к роли взрослого». А интерпретировать поведение взрослых — прекрасный способ лучше их понять. «Говоря с таким приятелем, ребенок обращается к продолжению самого себя, — утверждает Татьяна Бедник. — Это идеальный слушатель: он реагирует лишь так, как хочется ребенку, как тот решил за него. Это позволяет полностью контролировать диалог и в то же время утолить потребность поделиться своими чувствами, не молчать о том, что беспокоит. Такой диалог вырабатывает и умение строить близкие отношения».Проблема может возникнуть, лишь когда эти разговоры по душам полностью замещают диалог с родителями. Нужно выяснить: почему он перестал приходить к маме или папе со своими переживаниями? Нередко так ребенок выражает свою агрессию: «Я лишаю тебя возможности общения со мной, которое помогло бы нам сблизиться». Иногда это может быть способом установления дистанции, которой ему не хватает в отношениях с родителями. «Так бывает, когда они слишком вмешиваются в жизнь ребенка или склонны быть с ним чересчур откровенными», — считает Татьяна Бедник. В этом случае они просто принимают ребенка за куклу из собственного детства, которая могла все выслушать и все понять…

«Она никогда не сердится!»

Паша, 3,5 года

«Моя черепашка Феня катается на велосипеде. Я нажимаю ей на голову, и она крутит педали. А иногда, когда она едет быстро, игрушки у нее в корзинке все смешно прыгают! Феня — как мама. Она всегда улыбается, не сердится и всегда хочет со мной играть. Я ей говорю: „Хочешь поиграть со мной?“ — а она отвечает: „Конечно, хочу!“ А когда я прихожу из садика, она говорит мне: „Ты можешь поиграть со мной?“ или „Я тоже хочу поиграть с мячиком!“ Ну вот, тогда я кладу мячик в ее корзинку, и мы играем вместе. Нам очень весело!»

«Она все про меня знает»

Лена, 7 лет

«Я говорю ей „Доброе утро“, зову покачаться на качелях, учу ее говорить, кушать аккуратно… Как будто она моя дочка. Когда мне грустно, я ее обнимаю, и мне становится легче. О неприятностях я рассказываю папе или маме. А своей кукле я рассказываю все вещи, которые со мной происходят. После школы я рассказываю ей, что там было, а еще я говорю ей, что буду делать в выходные. Так что она все про меня знает. Но и другие тоже про меня все знают! А свои секреты я никому не рассказываю… кажется».

«Он мог бы быть моим братом»

Арсений, 7 лет

«Я разговариваю с Дамбо, потому что он уже старый: ему семь лет и мне тоже. Он мог бы быть моим братом-близнецом. Часто я сплю вместе с ним, а утром спрашиваю его, как ему спалось. А когда я возвращаюсь из школы, я могу ему рассказать, как прошел день. Вот в пятницу я потерял в школе часы, и тогда я ему сказал, что очень хочу их найти. Но пока я их так и не нашел. А еще я рассказываю ему свои секреты, но редко, потому что я должен все рассказывать своим родителям. Иногда я разговариваю в комнате сам с собой, просто так. Но с Дамбо лучше разговаривать, потому что его можно обнять. Мне это очень нравится…»

«Иногда мы ничего особенного не делаем»

Марфа, 6 лет

«Эту куклу бабушка купила мне в Америке. Это моя любимая кукла, потому что мне очень нравятся ее шляпка, ее косички и платье, которое совсем как настоящее. А еще у нее очень красивое имя, ее зовут Кристина. Я все время с ней играю: сажаю на стул, разговариваю с ней. Я говорю ей, что нужно хорошо сидеть, быть умницей. Часто я рассказываю ей про своих подруг или про то, что старшие сестры говорят маленьким девочкам. А иногда мы просто вместе сидим и ничего особенного не делаем. Для меня это как маленькая девочка, с которой я могу играть».

«Мне кажется, она меня слушает»

Арина, 9 лет

«Когда я только увидела ее в коробке, я сразу поняла, что она будет моей самой любимой. Я не знаю, сколько ей лет, но только знаю, что по возрасту она мама, но постарше моей. Когда младшей сестры нет поблизости, я беру Барби на руки и рассказываю ей свои секреты. Я могу двигать ее ручками, и тогда мне кажется, что она меня слушает и отвечает. А однажды я плакала, потому что мне было одиноко, я взяла ее на руки и рассказала ей все — что мне одиноко и грустно и все такое… А потом я поднесла ее поближе к лицу и положила ее ручку себе на щеку. Это было как будто моя мама меня погладила. Мне было приятно».

«Он меня утешает и ободряет»

Катя, 9 лет

«По-моему, куклы нужны для того, чтобы играть в них. Если я хочу про что-то поговорить, я рассказываю все своему мишке. Мне кажется, он более надежный друг: он почти всегда со мной. Когда я плачу, я иногда говорю ему, из-за чего расстроилась: „Я поругалась с бабушкой“ или „Завтра мне надо сделать что-то такое, а мне не хочется“. Я часто разговариваю с ним, когда мне плохо, потому что он меня утешает и ободряет. Может быть, я когда-нибудь смогу рассказывать сестре то, что сейчас рассказываю ему. Но пока еще рано. Сейчас, когда я прячусь под одеяло, чтобы поговорить с мишкой, это значит, что я хочу рассказать что-то очень личное, а сестре я рассказываю то, что она может рассказать другим, если захочет».

«Я рассказываю ей сказки»

Вера, 6 лет

«Я своей Ляле говорю, чтобы она не очень шалила, чтобы она была умницей, когда меня нет, чтобы она не дралась с другими куклами. А еще я говорю ей, что, когда у нас гости, надо ложиться спать рано. Я не рассказываю ей про себя, это я рассказываю моей старшей сестре, ей 11 лет. Я немножко стесняюсь, чтобы про все рассказывать родителям. Куклы не могут слушать секреты, потому что они неживые. Но я рассказываю ей разные истории из книжек, потому что мне мама читает и я тоже уже люблю читать. Например, знаете про Белоснежку и семь гномов? Эту сказку моя кукла часто слушает. На самом деле я для нее как будто мама».

«С ней я чувствую себя храбрым»

Гоша, 4,5 года

«Муся у меня немножко трусишка — она ведь девочка-собака, а девочки часто бывают трусишками. Я ее всему учу: показываю, как надо плавать, как залезать на лесенку, как прыгать с дивана… А еще я всегда ей говорю, что если ее кто-то захочет обидеть — волк, например, или пираты, — то я ее обязательно спасу. Мне кажется, она меня любит потому, что я такой храбрый и все умею. Когда мы ложимся спать, она меня очень крепко обнимает передними лапами, а я слежу, чтобы у нее хвостик не высунулся из-под одеяла и не замерз. Иногда мы играем, как будто она понарошку лошадка, и я катаю на ней своих рыцарей. Или она, например, гиена и на меня нападает. Но больше всего мне нравится ее от всех защищать и c ней обниматься, потому что по правде она такая мягкая и добрая».